Пилот НЛО (pilottttt) wrote,
Пилот НЛО
pilottttt

Categories:

По ту сторону Переезда

Стоял прохладный осенний день. В небе над Лобней где-то за облаком спряталось солнце, время от времени выбираясь из укрытия и освещая улицы своими по-осеннему скупыми на тепло лучами цвета опавшей листвы, обильно покрывавшей тротуары. Где-то в середине пробки на Рогачёвском шоссе стоял точно такого же осеннего цвета «Камаз» с эмблемой «Пегас-Логистик». Водитель с напарником, попивая крепкий кофе из термоса, обсуждали дорожную ситуацию.

– И длинная она? – водитель показал на стройный ряд стоящих машин, уходящий вдаль.

– Это – только до Переезда. Метров четыреста, не больше, – ответил ему напарник, – Вот надо было нам напрямую ломиться?… Ушли бы себе спокойно направо – через центр, и в Шереметьево. Уже, наверное, были бы дома.

– Об этом думать поздно – всё равно мы здесь с прицепом не развернёмся.

– Ну так и я о том же.

За последние сутки они объездили девять городов и посёлков Подмосковья, развозя товар по складам, и теперь возвращались домой. Коляныч (это – тот, что за рулём) предложил срезать расстояние, поехав напрямик через Лобню. Дмитрий (его напарник) всячески этому противился, рассказывая, что на этой дороге есть одно Очень Нехорошее Место, в которое лучше, по возможности, не соваться. После недолгого спора всё-таки было решено ехать через Лобню – «Авось пронесёт…», «Чем чёрт не шутит» и тому подобное).

– И во сколько он откроется? – спросил Коляныч, указав взглядом в сторону Переезда.

– А вот этого не знает никто, – отвечал ему Дмиртий.

– Но должно же у него быть какое-то расписание?…

– Расписание ему – не указ. Как ему будет по-кайфу – так он и работает.

– Ему – это кому?

– Ему. Переезду.

– Не понял… Так он что, живой и мыслящий?

– Ну так – а я тебе о чём с самого Рогачёва толкую?…

– Я думал, что всё это – сказка.

– Сказка, говоришь? А два часа в пробке – это тебе не сказка?

– Ну ладно, ладно. Признаю свою ошибку.

– А толку-то…

Дмитрий разлил по ещё одной порции кофе и достал овсяное печенье.

– А дальше-то там хоть нормальная дорога? – продолжил разговор Коляныч.

– Дальше? – Дмитрий как-то очень недобро хихикнул, – Если быть честным, то дальше переезда по этой дороге вообще мало кто уезжал. А те, кто уезжал, рассказывают всякие небылицы.

– И что за небылицы?

– Говорят, где-то там, возле озера Киёво, до сих пор водятся солярочные вампиры.

– Это кто такие?

– Они всё топливо из бака высасывают.

– О как…

– А потом ещё, заразы, норовят что-нибудь от машины открутить на сувениры.

– Не хило.

– А дальше, говорят, начинается территория оборотней-гаишников.

– Это – тех, что деньги очень любят? Так это тогда вся страна – их территория.

– Шутишь всё. А вот попробуй заехать туда с просроченным техосмотром. Или того хуже – без ОСАГО. Сожрут целиком – вместе с машиной. И останется от тебя только один пустой кошелёк.

– У меня нет кошелька.

– Ну значит – ничего не останется.

– А как же там люди живут, если вокруг нечисть кишмя кишит?

– А они возле храма живут. Храм там есть древний – нечисть к нему близко подходить боится. Вот там и живут.

– Ну, не знаю. Сказки это всё.

– Ну-ну.

Тем временем, несколько машин из пробки – одна за другой – развернулись и поехали назад. Дмиртий проводил их мечтательным взглядом. Пробка зашевелилась – водители стремились поскорей занять освободившееся место.

– Похоже, пробка сокращается исключительно за счёт тех, у кого не хватило терпения, – подметил Коляныч.

– Ну, давай. Поехали.

* * *

Дело шло к закату. Над Лобней нависла мрачная, но довольно живописная туча – судя по всему, назревал большой ливень. Пробка на Рогачёвском шоссе вытянулась аж до поворота на Красную поляну. Такого, по словам местных жителей, не случалось уже давно. «Камаз» с эмблемой «Пегас-Логистик» стоял теперь уже где-то напротив депо. Дмитрий за это время успел сходить в магазин и закупить там всего, что нужно для бутербродов, и сейчас они с Колянычем устроили прямо в машине лёгкий перекус.

– Говорят, у него тот ещё характер, – рассказывал Дмитрий, накладывая на хлеб куски сыра и покрывая их сверху огурцом.

– У кого? – переспросил Коляныч.

Дмитрий кивнул в сторону Переезда.

– А, понял.

– Кого-то он пропускает сразу, а кого-то – ни в какую. Вот не понравишься ты ему – и всё, пиши – пропало. Тогда только назад возвращаться.

– И многие возвращаются?

– Каждый второй. Некоторые из них так навсегда и остаются жить в Лобне. Их здесь называют возвращенцами.

– Сурово. А объездную дорогу построить не пробовали?

– Ещё как пробовали. Только каждый раз что-то мешало её построить. Многие брались за эту работу, но ни один не справился.

– Мистика…

Тем временем, откуда-то спереди послышался визг покрышек об асфальт, и мимо по встречке на огромной скорости пронеслась серая «Тойота».

– Ну вот, ещё один возвращенец, – грустно резюмировал Дмитрий.

– Или нервы не выдержали… – предложил свою версию Коляныч.

– Тоже вариант.

Коляныч взглянул вперёд. Шлагбаум всё так же был закрыт, а пробка всё так же стояла. По ту сторону Переезда на встречке, словно в зеркале, выстроилась точно такая же пробка, только наоборот.

– А зрительные иллюзии там бывают? – спросил он.

– Что?

– Ну, миражи там всякие.

– А – да, бывают. Один мой знакомый рассказывал, что однажды увидел на той стороне свою же машину и себя за рулём. Только на двадцать лет старше.

– Ничего себе! Оборотень?

– Если бы…

Тем временем шлагбаум неожиданно поднялся. Под ним успели проскочить три легковушки, после чего он тут же и закрылся. Причём последней машине чуть не досталось шлагбаумом по багажнику. Пробка зашевелилась.

– Заводи!!! – воскликнул обрадованный Дмитрий.

* * *

Стемнело. Над Переездом взошла полная луна, и в её свете мокрый асфальт засверкал, словно водная гладь озера Киёво в свете городских огней. В нескольких метрах от шлагбаума стоял уснувший «Камаз». Водитель спал, обняв руками руль, а его напарник дремал, облокотившись головой о дверь. По крыше кабины неустанно барабанил дождь.

Дмитрию снился его родной дом в Мытищах, чай с лимоном на столе, спелые яблоки из собственного сада. И уже в тот момент, когда он собирался отхлебнуть дымящийся ароматный напиток из белоснежной чашки, какое-то смутное предчувствие заставило его проснуться. Дмитрий огляделся. Вокруг было темно. Дождь по-прежнему лил. Сквозь мокрое лобовое стекло смутно проглядывал силуэт поднятого шлагбаума. Дмитрий протёр глаза – не глюк ли это? Нет, шлагбаум действительно был поднят.

– Эй, Коляныч!

– Мммммм… – отозвался сонный водитель.

– Коляныч!

– Чего? – он с неохотой поднял голову и сонно посмотрел на напарника.

– Смотри! – Дмитрий кивнул в сторону переезда.

Коляныч мгновенно проснулся и одним сложным движением – поворот ключа – сцепление – первая передача) привёл машину в боевую готовность. «Камаз» рванулся вперёд. И в этот самый момент – плавно, словно в замедленной съёмке – шлагбаум опустился.

– Бляяяяя!!!!!!!!!!!!!!!!!

Коляныч ударил по тормозам. «Камаз» замер в метре от Переезда. Водители переглянулись.

– Не пропустит, – грустно резюмировал Дмитрий.

Коляныч достал блестящий термос с кофе и стал разливать. Кабина наполнилась кофейным ароматом. Напиток был уже едва тёплый, но ничего другого у них не оставалось.

Тем временем, мимо них – медленно, словно никуда не торопясь, прошёл состав с цистернами. И снова на Переезде воцарилась тишина. Кофе уже был допит, а шлагбаум всё не поднимался, хотя ни одного поезда больше не было.

– Наверное, нужно принести жертву, – грустно произнёс Коляныч.

– Что ты имеешь в виду? – удивился напарник.

– Ну ты же понимаешь, что просто так он нас не пропустит…

– И кто будет жертвой?

– Не кто, а что.

– А…

– Ты когда-нибудь делал что-то подобное?

– Я – нет.

– И я тоже.

– Говорят, наши дальние предки были язычниками. Должна же была сохраниться хоть какая-то генетическая память…

– Должна…

Оба замолчали, глядя в темноту. Оба понимали, что жертвой должно стать что-то достаточно ценное для них, и оба не решались сделать выбор. Наконец, Коляныч оторвался от созерцания мокрой дороги и, пошарив под сиденьем, достал оттуда заныканную от жены бутылку водки. Дмитрий одобрительно кивнул.

– Эх, была – не была…

Коляныч вышел наружу и, неторопясь, словно примеряясь, подошёл к шлагбауму. Он открыл бутылку и стал поливать шлагбаум её содержимым, при этом очень эмоционально что-то произнося. Дмитрий не слышал слова – их заглушал шум дождя, но по выражению лица он догадался, что это было что-то очень матерное. Когда бутылка опустела – Коляныч разбил её о бордюр, затем залез в кабину и с силой захлопнул дверь.

– Пусть подавится.

Первую минуту на Переезде ничего не происходило. Потом шлагбаум как будто задрожал и поплыл вверх.

– Значит, принял.

И они поехали. Мимо храма и озера Киёво, мимо солярочных вампиров и оборотней-гаишников, по эстакадам Дмитровского шоссе – в сторону Мытищ. Домой.

Читать весь текст на сайте Proza.Ru

Tags: лобня, проза, ужаззз
Subscribe

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments